Дикая Рыжая Белка (simplehead) wrote,
Дикая Рыжая Белка
simplehead

Вчера о снах, сегодня о снах....

В моей жизни сны - моя параллельная реальность...

Сплю, шестой час моего сна. Звонит подруга - говорит, отведи ребенка на занятие, я на дачу поеду.
А я в таком мутном состоянии - а вести надо было уже через полчаса - говорю, не - я сплю. Извини...
Она - ну ладно, я и сама забросить смогу.

Засыпаю, а чувство такое - лучше было бы встать, но... И уснула...

Лучше бы отвела ребенка в клуб. Не переживала бы сердечной драмы. Как на яву.

Знаете ли, а уже зима. У меня в комнате по-зимнему бело. Родители, когда я уехала жить в столицу, повесили в комнате белую тюль. (А раньше у меня были солнечные шторы...) Зимой, приехав, я поняла, в моей комнате без меня было ахерительно холодно. И этот холод сегодня пробирался в мой сон...

Начался он с того, что я спала на офисном диване с мужиком. Нельзя сказать, что мы сексом занимались. Просто - он гордо возлежал, расянувшись и заложив руки за голову, и рассказывал мне, что если немного надо мной поработать (?!), то из меня выйдет отличный специалист. Хотя некоторый талант (я так понимаю в области орального секса, ну мне во сне так казалось) уже и сейчас наблюдается. Но не отрицай: ты - бесталанна. Затем я пытаюсь его обнять, а он пытается меня банально трахнуть. На что получает банальный ответ, что отыметь меня, к его сожалению, нельзя.

И тут у меня начинается истерика. Я не просто плачу, я плачу так, как будто я предала все на свете, как будто у меня все умерли и ничего больше в этой жизни хорошего у меня не будет, а все только потому, что я лежу сейчас на этом долбаном офисном диване и этот урод, который возомнил себя... пытается доказать мне, что я от него никуда не денусь. Потому как он - умен, красив, богат, неотразим. А таким обезьянам как я - в жизни мало что светит...

И тут я не просто ухожу, я бегу... Как будто выдираю все из своей жизни. Туда! К нему! Я помню... Я знаю, что я люблю тебя! И здание, которое темное и огромное, становится несколько запутанным и невыпускающим. Наконец-то я оказыываюсь на первом этаже и слезно умаляю администраторшу дать мне номер телефона Того самого, Любимого человека. Администраторша долго упирается, я плету ей историю о том, что этот человек и его коллега взяли меня на работу, а так и не сказали - чего делать-то... Тетенька, посмотрев на меня и испытав, видать, приступ жалости, отрешенно тычет ручкой в две фамилии и говорит, чего мне не дать телефон - вот он, записывай.

Я сквозь слезы корявыми цифрами царапаю телефон. Добегаю до автомата и звоню. А на другом конце провода мне отвечают, что такой-то такой-то уже давно не появляется в их политических кругах. Он уже давно вышел из всего этого дела - политики. Занимается просто - творчеством и не кашляет... И не надо, девушка, так надрывно всхлипывать в трубку... Длинные гудки.

Озадаченная, я не понимаю больше, где искать... Как встретиться? Остается одна попытка - мыло. Но сколько писем было уже отправлено... А ответа - нет.

Уже выпал снег. Я еду в троллейбусе. У меня на коленях лежит ноутбук. И тут приходит письмо... Я читаю и не понимаю. Вместе с письмом приходит куча спама, который стоит поверх текста каким-то декоративным узором. И только полосой прокрутки можно хоть чуть-чуть рассмотреть предложения. А рядом сидит мама. Она о чем-то со мной разговаривала, но увидев, что я читаю письмо и начинаю расстраиваться, стала не утешать меня, а смеяться. Мол, ну как ты прилипла к этому компу. Скоро и поговорить-то с нормальными людьми не сможешь. Все глазенки в него пялишь, не сломай! Тут я так зыркнула на нее, что она поняла - что-то важное. Но с настроения своего не слезла и стала гнуть в другую сторону. Мол, ну зачем тебе все эти чувства и письма. Живи веселей. Ну и хрен с ним, какая разница сколько баб у него, раз ты не рядом, зачем тебе знать, сколько и кого он в постель укладывает?

Тут я понимаю, что еще минута и я пошлю маму очень нехорошим словом. Ноутбук растворяется в воздухе, зато письмо, которое я читала становится бумажным, приклеенным к стеклу троллейбуса. Оно размокает, потому что стекло запотело. И мне жалко. Еще немного и буквы размокнут совсем и прочитать их будет невозможно. А я так и не поняла еще ничего из письма...

Кроме одной фразы: "Извини, это было лето. Мне хотелось много свободы, мне хотелось много пива, много теплого асфальта... И в общем-то никаких баб... Но ты, так случайно... Тебе хотелось иного. А сейчас осень. Ко мне вернулась моя девушка. Я люблю ее. У нее красивое имя - Майя..." Там было еще несколько строк. Но мутные от слез глаза прочитать их уже не могли, а мама все ныла и ныла. Я окоченевшими пальцами отскребла со стекла письмо. Оно было влажным. Сложила вчетверо, сунула в карман и на ходу из открытой передней двери вышла из тралика. Прямо в мокрый снег, в никуда... В серый город, в засыпанные белой кашей желтые листья...

Мне было холодно и одиноко. Мне было очень больно. Но я была счатлива. Потому что из выбора: ждать писем и получить письмо, я выбрала бы и сейчас - последнее...

Проснулась. Пожалела, что так и не дочитала письмо. Хотелось узнать, что было в прощальных двух строчках.
Растроилась, конечно, потому что мне и наяву очень больно, оттого что скоро зима, что я не там, где жизнь. Что я и наяву очень часто жду писем. Но только одного было не жалко - что это, последнее, письмо было... Что человек его все же написал, а не повесил все в воздухе. И как бы я не боялась этого наяву, я бы предпочла это письмо неизвестности...

Но сюрпризы утра еще не закончились. Не зря во сне обломала чувака с оральным сексом. Под носом красовался герпес. А в инструкции для Зовиракса написано: если у вас или у вашего партнера возник герпес на губах, то следует воздержаться от поцелуев и орального секса.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments